HedWeb на русском

ответы на вопросы

О негативном утилитаризме


«Этика, сфокусированная на страдании» (англ. «suffering-focused ethics») — более удачный бренд, чем «негативный утилитаризм», в то время как ключевая этическая идея у них одна и та же: наша первоочередная обязанность заключается в снижении и предотвращении страданий. В этическом плане минимизация страданий всегда имеет приоритет над созданием удовольствий. Негативный утилитаризм просто формализует и систематизирует интуицию, которая была выражена в рассказе Урсулы Ле Гуин «Уходящие из Омеласа» (1973).

Конечно, мало кто считает себя негативным утилитаристом. Но мало кто станет утверждать, например, что жестокое обращение с детьми плохо лишь из-за того, что удовольствие, получаемое от такого дурного обращения, недостаточно велико по сравнению с тем вредом, который испытывается жертвами. И мало кто скажет, что если бы человек испытывал огромное удовольствие, причиняя страдания маленьким детям, то причинение этих страданий было бы его моральной обязанностью.

К сожалению, люди непоследовательны. Любители мяса не распространяют эту же интуицию на животных, которых выращивают на промышленных фермах, хотя уровень их чувствительности к страданиям сопоставим с чувствительностью человеческих младенцев и маленьких детей. Поэтому наши супермаркеты напоминают выставку военных преступлений. Можно сравнить человечество с обществом Аффронта из цикла романов Иэна Бэнкса о Культуре. Аффронт описывается как «бесконечный, самоподдерживающийся холокост боли и страданий», где сильные охотятся тех, кто слабее. Человечество во всём как Аффронт, просто название другое.

С другой стороны, мы можем ожидать наступления трансгуманистического будущего, наполненного безграничным благополучием — возвышенным блаженством, превосходящим человеческое разумение. См. «Life in the Year 3000». Возможно, наши потомки будут смотреть на негативный утилитаризм как на какую-то разновидность депрессивного расстройства мышления. Но сторонник негативного утилитаризма сказал бы, что даже постчеловеческое сверхсчастье нельзя морально оправдать, если его ценой будет страдание хотя бы одного чувствующего существа. А страдания дарвиновской жизни несоизмеримо более масштабны. Поэтому я бы ушёл из Омеласа. Если бы у реальности была кнопка «ВЫКЛ», я бы её нажал.

Но на деле у реальности нет кнопки отключения. Максимум, что могут сделать разумные моральные агенты, — это объединить универсалистскую этику с инструментами биотехнологии и сделать страдание физически невозможным, а однажды, возможно, даже буквально немыслимым — в пределах нашего светового конуса будущего. Это последнее столетие, в котором биология переживаний ниже «гедонического нуля» ещё остаётся технически неизбежной. Позднее в этом веке и в последующие эпохи любого рода неприятные переживания могут стать технически опциональными. Освоение механизмов системы вознаграждения, революция геномного редактирования CRISPR и будущие синтетические генные драйвы могут превратить возвышенные идеалы в практическую политику — как для людей, так и для нечеловеческих животных.

К сожалению, невозможно точно сказать, когда это произойдёт. Вероятно, впереди нас ждут ещё столетия, а возможно, и тысячелетия страданий и неудовлетворённости. Так, большинство людей всё еще предпочитают заводить детей «естественным образом», то есть посредством генетической лотереи, а не через ответственное родительство с использованием технологий проектирования потомства. Но всякий, кто утверждает, что у дарвиновской жизни нет альтернатив, — ошибается.


► на главную
Оригинал: www.hedweb.com